- А вы ответ-то не задвигайте! - покраснев, буркнула Олеся. - Я первая спросила…

- Ну, в штабах зарабатывается побольше, чем два ордена. И полегче… - мрачно вспомнив 'героизм' отдельных 'сослуживцев', вздохнул Соловей. - Главное иметь 'мохнатую' спину или соответствующий характер…

- Ой! Смотрите!!! Что это там такое? - двумя руками вцепившись в рукав его куртки, заверещала девчонка, вытаращив глаза и смертельно побледнев.

Повернув голову в направлении ее взгляда, Соломин удивленно присвистнул - метрах в двадцати, рядом с автобусной остановкой, два здоровенных лба в кожаных куртках деловито тащили к черному джипу отбивающуюся из последних сил девчонку. Судя по отсутствию криков, кто-то из них зажимал ей рот ладонью.

- К-кажется, это Лена Инина из одиннадцатого 'А'… - проскулила Олеся…

…- Ребят, помощь не нужна? - в несколько прыжков оказавшись рядом с джипом, поинтересовался Соловей.

- Отвали, придурок! - забросив девушку на заднее сидение и удостоверившись, что она надежно схвачена сидящим внутри товарищем, буркнул ближайший к Геннадию мужичок и попытался захлопнуть дверь.

- По-моему, я вас не оскорблял…

- А я - оскорбляю… - ухмыльнулся качок и, угрожающе повернувшись в сторону Соломина, набычился: - Вали, чмырило…

- Как скажете… - буркнул начинающий звереть Соломин и, скользнув вплотную к рослому, широкоплечему мужичку, левой рукой прогнул в пояснице, а правой, упертой ему под подбородок, придал мордовороту ускорение, в результате чего бритый затылок парня с размаху впечатался в боковое стекло 'Мерседеса'… Череп качка оказался прочнее стекла. Поэтому полюбоваться на свое отражение в тонированном наглухо окне Соломину не удалось - вместо знакомого до боли своего лица он увидел только ошарашенную морду второго работника ножа и топора…

- Ой, у вас что-то со стеклом! - 'испуганно' ссутулившись, воскликнул Геннадий и вплеснул руками… - Это я такой неаккуратный?