- Назад! - предостерегающе кричит кто-то.

Вовремя. Из трубы пошло неведомое зверье: панцири, зубастые пасти, лапы с когтями - все вперемешку, - и, только выскочив из туннеля, распадается, расползается. Под напором воды тут же смывается вниз, в болото.

- Боже мой! - Аполлинарий Павлович, стоящий к трубе ближе всех - остальные, отступая, лезут по холму, - приплясывает на месте. - Боже мой! - кричит он, и каждый его возглас становится на ноту выше, словно профессора накачивают возбуждением. - Это же Юра, Юра!..

Поток хлещет. В нем извиваются черви, слизни. Комья жесткой травы выплывают, как островки, шлепаются о землю и, переливаясь в потоке, рассыпаясь, ползут в болото. Наносит гнилью, тиной, влажной жарой. Время от времени из трубы плюхается круглая черепаха, беспомощно шевелит лапами, если упала животом вверх, но поток помогает ей, переворачивает. Став на лапы, черепаха получает устойчивость и - ползет своим ходом.

Что же это такое? Откуда? - крутится у каждого из нас в голове. Вода прибывает, заполнив трубу до половины, несет новых зверей, с зубастыми пастями и когтями.

- Юра!.. - кричит Аполлинарий Павлович, словно помешанный.

Выскочило чудовище, величиной с моторную лодку, плоское, с панцирем на спине. За ним - другое, третье.

- Анкилозавры! - самым высоким тоном - дискантом - кричит Аполлинарий Павлович. В дальнейшем он будет кричать только дискантом. - Из юрского периода, что вы, не видите? - Аполлинарий Павлович тычет в зверей, выпрыгивающих из туннеля один за другим. - Пятый, шестой, - загибает он на руках пальцы. - Седьмой!..

Звери продолжали выпрыгивать - косяком.

- Силы земные! - Аполлинарий Павлович перестал считать не хватило пальцев. - Тут и Юра, и Мел! Куда Они залетели?..

Из туннеля показалась плоская черная голова. Змей Горыныч!.. За головой выползала шея, утолщалась, словно древесный ствол. Голова ходила из стороны в сторону, глаза поблескивали.