— Добрый день, — сказал тогда молодой бородатый Начальник. — Присаживайтесь…

Непривычные дощатые стены были увешаны циферблатами, как светлица в деревенском доме, увешанная семейными фотографиями. Стрелки приборов жили почти незаметно, тихо, лишь кварцевые часы тикали на всю комнату.

— Подождем, — сказал я. — Но если вправду повезет, вы услышите знаменитые утренние хоры.

— А танцевальной музыки не будет?

— Говорят, в этой комнате все плясали, когда впервые заработал радиотелескоп… Но утренними хорами называют колебания электромагнитных волн, когда с ними начинает заигрывать Солнце. Необычайно звучит!.. У нас даже принято называть эти звуки голосом Солнца. Не будет излучения солнечных частиц, не будет хора… Подождите, сами ахнете…

Мы ждали минут пятнадцать, разглядывая, как автоматический самописец чертит на бумажной ленте кривую небесного пульса. Мелкие зубчики — это всплески земной жизни, отзвуки бессонных человеческих дел. Их много, таких зубчиков, утром, днем и вечером.

Летят самолеты, кричат в микрофоны летчики, далеко в океане разговаривают корабли. Вот, мешая друг другу, веселят и печалят мир наземные радиостанции. Каждый всплеск эфира зубчиком ложится на ленту. Но вот их становится меньше, зубчики опадают, пульс ровнее, дыхание глубже, понятнее. Спят люди, спит Земля. Но тогда громче начинает говорить вселенная. Вот они — резкие длинные зубцы! Вскрикивает мирозданье. Маленькое неутомимое перышко ловит эхо.

И вдруг кто-то свистнул в комнате разбойничьим посвистом, оглушительной соловьиной трелью, смахнув сонливость. Перышко запрыгало, заметалось.

— Говорит Солнце! — воскликнул бородатый Начальник. — Говорит Солнышко!

И тогда началось.

К этому нельзя привыкнуть. Нельзя быть равнодушным. Звуки наполнили мир. Сухие деревянные стены гудели, как чрево рояля, не в силах вместить в себя тысячи мелодий. Свисты, шелест моря, гул прибоя, веянье ветра, вздох миллионов людей, победный, ликующий крик, слитый в протяжную песню. Вот какая неразбериха чудилась нам, очарованным и притихшим.