Однако он находился в командировке, поэтому менять с годами сложившиеся привычки Лев не стал. Сто пятьдесят — доза небольшая, но фантазию следовало немного растормозить, а что это сделает лучше водочки? К необходимости приукрашивать действительность Крикунов относился с философским спокойствием стоика. Приукрашивание чаще всего заключалось в очернении, как ни странно, читатель с большим интересом относится к негативу. Возможно, в этом крылось что-то из области психологии, а скорее даже психиатрии. Каждому хочется быть белым и пушистым, поэтому одно осознание того, что в мире есть люди неизмеримо хуже, поднимает читателя над собой, а понимание того, что в действительности ему, читателю, живется, в сущности, неплохо, дает ему моральное удовлетворение. А журналисту подобное профессиональное отношение к делу дает так необходимую для жизни копеечку.

Холодная водка приятно обожгла пищевод.

Продолжая размышлять, Лев вяло ковырял вилкой принесенное второе и посматривал вокруг. Ничего особо примечательного он не обнаружил, ближе к входу сидела за столиком немолодая пара, в углу у небольшой эстрады торопливо поедали что-то незатейливое двое командировочных восточных мужчин, которые невесть по какой надобности заглянули в провинциальный городок, а за столиком рядом с кухней сидели мучающиеся от безделья официантки. Судя по их оживленным лицам, время они проводили с большой пользой для себя.

Девиц легкого поведения поблизости не наблюдалось. Возможно, они просто не водились в славном городе Орехове, но скорее всего не наступило время их появления. Не зря же обитательниц древней профессии прозвали ночными бабочками.

Муха. То, что журналист поначалу принял за подгоревший кусочек картофеля фри, оказалось дохлой мухой. Крикунов испытал легкий приступ брезгливости и резко отодвинул тарелку. Официантка поняла его жест по-своему, потому что вскоре оказалась рядом со столиком с чашкой кофе в руках.