Ковыляя, появился Уайт Репп с серебристой, в форме пистолета телевизионной камерой-передатчиком. Невидимые, как в салуне, вращающиеся двери бесшумно вернулись на место. Ковбойские сапоги на высоких каблуках делали его выше остальных. Блестки, разбросанные по его костюму образца Дикого Запада, сверкали не хуже кончика рапиры. На огромной шляпе, напоминавшей перевернутый кверху дном десятигаллоновый ковш, красовался посередине яркий голубой глаз, обрамленный красным треугольником. Покачнувшись, он подмигнул разок Кэрду, а затем неподвижно, не прикрытый веком, уставился на него.

Репп сел, направив камеру на Джефа и положив указательный палец на кнопку пуска.

Пошатываясь, ввалился Чарли Ом, одетый в перемазанный белый передник поверх костюма. В одной руке он держал бутылку виски, в другой — небольшую рюмку. Усевшись, Чарли наполнил ее и молча предложил Кэрду.

Тот Кэрд, что стоял поодаль, в тумане, почувствовал, как по его ступням от пола поднимается какая-то вибрация. Ощущение было такое, будто до него дошла волна далекого землетрясения или пол сотрясается после удара грома.

В комнате с таким видом, словно перед ним простиралось Красное море, появился Отец Том Зурван. Его длинные каштановые волосы волнами спускались до самого пояса, подрагивая, словно дикие змеи в клубке. На лбу у него красовалась большая оранжевого цвета буква «S» — первая в слове «Символ». Кончик носа был размалеван ярко-голубой краской, губы окрашены в зеленый цвет, а усы — в голубой. Ниспадавшая до пояса каштановая борода поблескивала вплетенными в нее кусочками алюминиевой фольги, вырезанной в форме бабочек. Белую, спускавшуюся почти до пят накидку украшали большие красные круги, обрамлявшие шестиконечные, голубого цвета звезды. На идентификационный диск Отца Тома была нанесена лежащая на боку и открытая с одной стороны цифра 8 — символ прерванной бесконечности. В правой руке он держал длинную дубовую трость, слегка изогнутую на верхнем конце.