Огромная защитная стена, окружавшая центр, хранила все что находилось за ней. Отделы, цеха, лаборатории были строго отделены друг от друга стальными дверями и упрямыми охранниками, которые не допускали прохода из одной части центра в другую. Каждый такой отсек был обозначен своим цветом в который были выкрашены все стены и двери, чем выше в спектре располагался цвет, тем выше секретность данного подразделения, тем выше приоритет дан этому отделу.

Работники отсека с желтым цветом не могли пройти в отсек с голубым цветом. Работники голубого отсека могли пройти «полировать пол», как они называли это, в желтый отсек и другой, имеющий более низкий приоритет, но им было строжайше запрещено совать нос в красные двери.

Но даже охранники не могли пройти за черные двери без формального приглашения с той стороны. Только люди черного сектора, президент, да Сам Бог Всемогущий могли свободно ходить по все территории центра.

По все этому лабиринту была разбросана сеть проводов, спрятанная в стенах, дверях, а в некоторых местах и в потолках. Провода были соединены с тревожными огнями и сиренами, с устройствами блокировки дверей, с микрофонами и телекамерами. Всякое подглядывание и подслушивание велось специалистами черной секции. Вновь прибывшие люди долго привыкали к тому, что даже в туалете их постоянно видели и подслушивали, потому что где найти лучшее место, чем эта маленькая кабинка, чтобы скопировать, сфотографировать или запомнить секретные данные.

Все эти труды, изобретательность и расходы были бесполезны с точки зрения внешнего и враждебного взгляда. На самом деле все это было настоящим Сингапуром, открытым для атаки с невидимой и неожиданной стороны, если конечно, во всех этих тщательно продуманных предосторожностях не проглядели очевидного.