И не смотря на хитрости и предосторожности, очевидное было упущено. Люди, стоящие высоко на лестнице научного центра, были блестящими специалистами, но каждый в своей области и полными невеждами в других областях. Главный бактериолог мог часами рассказывать о новом вирусе и не мог ответить на такой вопрос, как сколько спутников имеет Сатурн. Главный баллистик мог нарисовать сложнейшую траекторию движения тела, но не мог сказать к какому классу относится опоссум, к лошадям, оленям или жирафам. Все предприятие было напичкано высококвалифицированными специалистами, там не было лишь одного, такого, который мог бы понять намеки, которые становились уже видны.

Например, никто не предавал значения тому факту, что если служащие смирились с постоянным подслушиванием, подсматриванием и периодическими обысками, большинство из них ненавидели эту систему цветов. Цвет стал символом престижа. Служащие желтого отдела рассматривали себя обделенными по сравнению со служащими голубого отдела, хотя и те и другие получали одинаковое жалование. Человек, работающий за красными дверями рассматривал себя на голову выше, чем человек, работающий за белыми. И так далее.

Женщины, которые всегда были наиболее чувствительными элементами общества в социологическом плане, раздули это еще сильнее. Женщины-служащие и жены работников в своих связях твердо придерживались цветового принципа. Жены работников черного отдела считали себя выше остальных и гордились этим, а жены работников белого отдела считали себя самым дном и очень сердились на это. Сладкая улыбка, воркующий голос и в то же время по-кошачьи показанные когти были нормальной формой приветствия у них.

Такое положение дел было принято всеми и рассматривалось как заведенный порядок. Но это было далеко не просто такой порядок. Это было прямое доказательство, что на центре работают обычные люди, а не стальные роботы. Отсутствующий специалист – грамотный психолог – мог увидеть это с первого взгляда, даже если он и не мог отличить систему навигации ракеты от системы наведения той же ракеты.