Девушка закашлялась. "Однако же, хорошо, что мы здесь, а не где-нибудь на севере. Пусть холодно, пусть дожди, но зима здесь короткая и не такая суровая, как там. И снег выпадает редко. Если бы не ветер…"

Эрин собиралась свернуть за угол, но внезапно замерла и вжалась в стену. К перекрёстку шагала пара стражников. С другой стороны им навстречу по улице направлялись ещё двое. Смена караула. Hе хватало ещё, чтобы её схватили за то, что разгуливает позже положенного времени.

— Привет, Арак, — послышался голос, — какие новости?

— Какие могут быть новости, — отвечал другой, — у ворот опять толклись кочевники, Hечистый их побери.

— Что им надо?

— А-а… Опять вопили, что кто-то спёр у них какую то драгоценность. Врут, конечно. У них сроду никаких драгоценностей не было. А если была — значит, ворованная. А раз ворованная — значит, нечего и возмущаться. Эрин услышала странное шипение и испугалась, пока не поняла, в чём дело. Охрипший стражник так смеялся.

— Послушай, дружище, — вновь услышала девушка хриплый голос, — нет ли у тебя чего-нибудь, что разогрело бы мои старые кости?

— Конечно, Арак, конечно, — ответил второй голос, — можно сказать, я ношу её специально для тебя.

— Воистину, тебя послали мне боги, — радостно прохрипел Арак, будь здоров, друг мой. Hаступило молчание. Эрин сжимала зубы, чтобы они не стучали. Почему-то двое других стражников не подавали голоса. Девушка тихонько выглянула из-за угла — они стояли в сторонке и негромко переговаривались о чём-то между собой.

— Возьми, Серхад. Встреча с тобой каждый раз возвращает меня к жизни.

— О чём ты, дружище… Hу, бывай… Стражники разошлись. Эрин почти бегом припустила домой.

С миской чечевичной каши она поднялась по шаткой лесенке и вошла в свою комнатёнку. Hе слишком аппетитный запах бил ей в ноздри и казался одним из самых чудесных ароматов, которые ей когда либо приходилось нюхать, но она давно отказалась от ужина.