Я старался не оглядываться. Может быть, компьютеры не успели опознать моего лица в те короткие мгновения, когда я был совсем беззащитен. - Шендс Дориен Лосс, остановитесь, или мы будем вынуждены применить оружие, - голос звучал отовсюду, увеличенный в десятки раз мегафоном. Опознали. Теперь я объявлен вне Закона. Сейчас главным было добраться до изгороди, там ещё будет выбор. Но Закону сдаваться нельзя, если ты вне его, тебя ждёт один конец. - Последний раз повторяем: остановитесь! - казалось, голос за спиной стал ещё громче и зловещей. Больше поблажек не будет. Пора! Я повернулся, но не замедлил шага; небрежно развернув Ольгу, я подставил к её виску пистолет. Чёрная вуаль, закрывающая лицо Ольги, металась на ветру. Уловка сработала. Пока ещё есть время для побега. Они не могут определить, кто она - лант или субель, поэтому стрелять они не будут. До поры, до времени. Изгородь была уже совсем близко. - Покажите лицо заложника, иначе мы убьём вас обоих, - это было действительно последнее предупреждение. Рука Ольги нервно затряслась в моей руке; попыталась вырваться. Я, не колеблясь, сдёрнул с её лица вуаль, уже стоя у стены ограды и топчась на одном месте. Где же люк? Сколько секунд у нас будет в запасе, пока компьютер с такого расстояния опознает мою спутницу? Десять? Пять? Одна? - Ольга Гац - субель, - эти слова прозвучали, как приговор. Теперь и она вне Закона. Щёлкнули замки, и из земли поднялись дзоты. Потом загремели выстрелы. Но этот грохот мы слышали уже за толстой стеной земли. Пули просвистели над нами сплошной стаей. Я протянул руку, чтобы закрыть люк, закамуфлированный снаружи травой, и тут же отдёрнул её. В неё впилась шершавка - пуля, покрытая крючочками, с жучком и взрывным устройством внутри. Автоматические шипы уже глубоко погрузились в мышечные ткани и пытались прорубить кость запястья. Я зажмурил глаза, закусил губу и дёрнул, что было силы. Из рваной раны хлынула кровь. Но останавливать её сейчас времени не было. За нами уже шла погоня, пора прятаться.