Зато и живет как козел в капусте — шуба и та соболиная! А рыло все равно кривое. Посмотришь — стошнит, — зло усмехается Лелька. — Может, мне баню открыть? Нет, затрат куча, а доходов ноль. Иль фотографию. Зачем? Их на каждом шагу! А если библиотеку платную? Ерунда! В бесплатные никого не уговоришь зайти. Нынче все считающие, читающие извелись. А если свою бензоколонку купить? Нет, рисковое дело, оно не для меня, только для мужиков. Но что-то надо найти! Хоть уж прицениться, посоветоваться. Во! Свой бардак открою! Может, и не с таким размахом, как Софья, а все ж! Сучек натащу! Сгребу молодых. Отмою, накрашу, одену, подкормлю, и станут зашибать одной мандой за десяток! А я у них вроде главной заправлять буду. Серегу, коль объявится, так и быть, вышибалой возьму», — пытается успокоить саму себя.

«Так он и придет, держи карман. Проскочит мимо бегом, как от чумной. Он же чистый, мудак паскудный! Чтоб у тебя яйцы отгнили!» — мокнут глаза.

Одевшись понаряднее, Лелька решила отправиться к бабке, замедлив не без умысла шаги, проходя мимо дома парня. Но нет, калитка закрыта снаружи на замок, а окна плотными занавесками задернуты.

Она вошла в дом. В нем непривычно тихо. Девке даже страшно стало. Но напрасно — бабка спокойно спала в своей комнате. Перед ней стояла пустая бутылка из-под вина.

Бабуль! Бабуля! — затормошила Лелька и в ужасе отскочила, почуяв холод бабкиного тела.

Патологоанатом в морге сказал:

— Она за три дня до вашего прихода умерла. Перебрала винишка, подскочило давление, инсульт и свалил, а помочь было некому, кругом одна, так и померла не мучаясь, сиротской смертью, теперь многие так уходят.

Лелька похоронила бабку через день. А придя домой с кладбища, забила окна досками крест-накрест, села под образa помянуть покойную. На душе тоскливо и одиноко. Сами собой хлынули слезы, девка никак не могла их остановить. Никто из соседей не пришел проводить бабулю в последний путь. Лишь рабочие кладбища помогли, опустили гроб в могилу и тут же закопали. Получив за свою работу, даже поминуть отказались, сказав, что у них на очереди еще пятеро жмуров, всех до темноты нужно успеть закопать.