— Задавлю суку! Верни, иль ожмурю!

Одного клиент не знал, что перед ним не жена, а путанка, перенесшая множество мордобоев. А уж мата и брани слышала столько, что ему во сне не снилось, и сама за себя умела постоять всегда.

Она мигом вывернулась из рук клиента, налетела ураганом, напихала тому в паха и бока, исцарапала наличность, выбросила из комнаты в коридор, пригрозив, коли сунется, вырвать с корнем все головенки. Хахаль пошел к бандерше и пригрозил расправой. Но Софье это было не внове. Случалось, и другие девки накалывали клиентов, но не столь крупно. Она попыталась успокоить мужика, тот еще больше разошелся, и бандерша сама обозвала клиента грубо и грязно. Тот решил свернуть ей шею, но Софья успела вызвать вышибал. Те мигом справились с посетителем. Выкинули из притона на улицу, а вскоре туда пришла милиция.

Ох и навели милиционеры шорох! До позднего вечера перетряхивали притон, обыскивая комнаты, девок и даже бандершу. Их обзывали, им угрожали, но баксы так и не нашли. Ушли ни с чем, злые. А Лелька ликовала. Она знала,

как прятать деньги, и ни с кем не поделилась. Софью это задело за самое живое. Перенести и пережить столько задарма было выше ее сил. Она вздумала проучить всех девок на примере Лельки и, закатив той громкий скандал, вышвырнула из притона.

Лелька лишь поначалу растерялась, не поверила, что Софья всерьез решила отделаться от нее. Ведь путанка еще не состарилась вконец, и мужики вовсю шли к ней, платили не скупясь. В борделе таких было не густо. И все ж бандерша выгнала Лельку. Та, уходя, не радовалась. В этом гнездышке она прожила пять лет. Случались тут свои радости и беды. Девки хорошо знали и привыкли друг к другу, жили одной семьей. И вдруг не стало их. Никого! Ни привычного уклада, уютной, прибранной комнаты, еды и нарядов. Лельке казалось, что здесь ее все любили. Но она ошиблась.