– Дикий космос отвратителен. Жутко отвратителен. Но он научил нас многому. Тому, что людей хуже, чем такие, как ты, нет. Ты предаешь сам себя, свой тип. Ты наживаешься на человеческом бытие, на выживании людей, и богатеешь на этом.

Она старалась не смотреть на него. Может быть, она полагала, что, встретившись с ним глазами, потеряет весь свой запал и смелость говорить то, что она говорила.

– Я на все пойду для того, чтобы остановить тебя, – произнесла она как заклинание. – На все, мне ничего для этого не жалко. Тебя нужно остановить.

Ангус думал, что ему ответить. При этом он почему-то вспомнил безумную браваду, с которой слепой капитан Дэвис Хайланд пытался противостоять ему. А теперь и эта капитанская дочка туда же. Он должен доказать ей, что ему плевать на все ее угрозы.

– Остановить меня? – воскликнул он, с каждым словом наливаясь веселой злостью. – Это я-то опасность для Человеческого космоса? А как же тогда насчет тебя? Не я взорвал твой корабль. И не я заразил тебя прыжковой болезнью. И не я охотился за тобой. Я даже не стрелял в тебя. Ты сама убила своих друзей-копов, ты сама.

Это вышло весело. Он проучил ее. И проучит еще. Покажет, что стоят ее угрозы.

– Я простой водитель грузового корабля. А ты – изменница.

Он видел, что его слова попали точно в цель: девушка всхлипнула и отвернулась. Было похоже на то, что он нажал в ней какой-то выключатель, и она ушла в себя, прочь от реальности, туда, где она могла найти укромное место с остатками веры в себя и укрепиться.

Он был не в силах преследовать ее там, где она скрылась. Для него источником укрепления духа и остроты мысли всегда был страх, и в частности именно страх подвел его к интуитивной догадке о сути прыжковой болезни Морн. Но эти же вдохновение или интуиция ослепили его в том, что касалось восприятия эмоций, отличных от страха.