– Стоведерную бочку, – давясь от смеха, фыркнул Альсин.

Но как оказалось шутку расслышал и король. И тоже не смог сдержать улыбку, но все же нашел в себе силы сказать строгим голосом:

– Волк, ты, наверное, мечтаешь войти в историю, как первый альвийский шут?

– Я говорил о серьезном и редком подарке, – продолжил король. – А потому подумай основательно. Не сомневаюсь, она подарит тебе нечто редкое. И тебе Нараг, – по-альвийски произнес имя Яростного Волка король, – я бы посоветовал подумать о своих манерах и языке. Волку ведь нужнее клыки?

Кровный брат Альсина, лишь почтительно склонил голову.

– А теперь идите.

Оба почтительно склонились перед королем и покинули зал.

Король проводил внимательным взглядом широкую спину Нарага, и закрыл глаза, наслаждаясь вкусом вина. Теперь он был спокоен, как за сына, так и за свадьбу. Нараг защитит его сына, как от врагов, так и от самого себя. Вот только что своими шутками позволил стравить напряжение. А обладая превосходным вкусом помноженном на редкое виденье некрасивого, он поможет подобрать своему брату подарок, о котором будут петь.

Уже часто король альвов ловил себя на мысли, что относиться к Яростному Волку, как к сыну. Это было отчасти правдой, как побратим по крови, Нараг имел многие из прав принца, и вполне мог – такие случаи в альвийской династии были – сесть на трон, если, да не допустит Дерево, – королевский род пресечется.

И это при всем уникальном происхождении Нарага. Когда нынешний король альвов был еще ребенком (а все россказни о долгой жизни и чуть ли не бессмертии альвов и эльфов сказки) только и было разговоров о любви между молодым орком из охраны и внебрачной, что же адюльтер наверно только у эльфов не водиться, дочери тогдашнего короля, и деда нынешнего. Видя их любовь, все поневоле желали им счастья. Но вот детей у них быть не могло. Это был непреложный закон. Межрасовые браки всегда были бесплодны, исключение составляли лишь альвы и эльфы, один народ разделившийся по политическим мотивам.