Князь поморщился. А может быть, это неверное пламя факелов бросило тень на его подбородок.
- Ты предал идеалы любви, доброты, блага империи и могущества Иоанна Стальной Руки, - отчеканил Князь стандартную формулу. - Зло поселилось в твоем сердце. Ты будешь предан смерти.
- Что вы... - забормотал граф. - Я... Я верен императору! - выкрикнул он и рухнул на четвереньки. - Пощади! Пощади, Князь! Я все отдам! Пощади, Князь!
Граф проворно поскакал на четвереньках к Князю - но одна из собак рванулась наперерез. Бесшумно, быстро, слившись с колыханием теней на полу. Граф лишь успел скосить на нее глаза - а потом челюсти сомкнулись на его шее.
- Ты, твоя жена и все дети твои, - мерно договорил Князь.
Вторая собака будто ждала этого. Она прыгнула и подмяла под собой мальчишку.
- За что? - успела крикнуть жена. - За что?!
Князь развернулся и пошел обратно.
В коридоре он остановился. Подождал, пока стихнет шум в зале, пока сзади простучали шаги и тихий голос вкрадчиво осведомился:
- Какие будут указания, милорд?
- Назначьте временного управляющего, пошлите гонца и разберитесь с запасами еды, Шмальке. И отправляемся дальше.
- Но люди устали, милорд...
- Вы что-то сказали, Шмальке?
- Слушаюсь, милорд, - склонил голову человек в черном камзоле.
Из залы, облизываясь и утирая лапами носы, вышли собаки. Беззвучно сели за спиной Князя справа и слева, словно и не собаки, а его собственные тени от двух факелов.
Через час все было кончено.
Вытирая губы салфеткой, Князь вышел из ратуши. И сразу же почувствовал, что что-то не так.
Оглянулся - и вздрогнул. Собак не было. Ни вечно следовавшей справа Нежности, ни всегда бесшумно скользившей слева Ласки. Зато в воздухе было что-то такое...