Питание тоже стало меняться. Несколько дней подряд осужденные, впрягшись в телеги рядом со старыми полуслепыми клячами (которым все равно околевать), привозили для Устойчивых изысканнейшие яства. И объедки - для себя. Вскоре им объявили причины этого. В страну вторглись пустынные варвары и теперь Устойчивым, впервые за несколько десятилетий, предстояло вступить в дело.

Ее и еще несколько человек (вдруг кто-нибудь дрогнет или промахнется) везли из Рощи на повозках со впряженными цугом конями. Возница сидел на спине головной лошади, как можно дальше выдвинувшись вперед и боязливо оглядываясь. Она улыбнулась его страху: через живую плоть Нечто не передается.

Впервые за несколько лет она покидала Рощу. Привезли их тогда поздно вечером, и она не видела, как плавно переходит уродливая растительность плоскогорья в изумрудный веселый луг. Еще более неожиданным оказалось то, что Роща снаружи была оцеплена сплошным кольцом стражников с дальнобойными стрелометами в руках. Хотя, конечно - внутри ведь преступники, которые работают свободно: в саму Рощу может войти либо Устойчивый, либо обреченный. Впрочем, приближаться к границам запрещалось не только преступникам.

...И вот они уже стоят на покатом склоне, рассыпавшись на тысячу шагов друг от друга, а с противоположного склона черной волной накатывается конная лава. Все ближе, ближе... вот уже можно различить отдельные фигурки, выгнутые луки в руках... Она широко развела оправленные в дерево Деревянные полушария и зажмурилась, твердо зная, что в следующий миг увидит перед собой Наблюдающих С Неба, - но тут же далекий слитный визг, исполненный невыразимого ужаса и муки, заставил ее открыть глаза.

Сминая саму себя, лавина катилась обратно. Вверх, галопом в гору, бросая оружие, топча упавших... Скоро из живых перед ними уже не осталось никого, только вдали еще облаком поднималась пыль из-под бесчисленных копыт.