На берегу неблагонадежных морей, что зовутся Ширура Шан, растет только одно дерево, - именно в его ветвях и нигде более вьет по необходимости гнездо Птица с Недобрым Глазом. Нипи Танг владел следующими воистину достоверными сведениями: ежели птичка улетит в Фейрилэнд до того, как из трех отложенных ею яиц вылупятся птенцы, то все три яйца непременно превратятся в изумруды; но ежели птенцы успеют-таки вылупиться, дело добром не кончится.
Когда Танг помянул о пресловутых яйцах господам Гросвернору и Кэмпбеллу, те воскликнули:"Именно", - многословием эти достойные люди не отличались, - на английском языке, конечно, ибо язык сей не был для них родным.
Итак, Типи Танг отправился в путь. Он купил пурпурный билет на станции Виктория. Он проехал мимо Херн Хилл, Бромли и Бикли, и миновал станцию под названием Св. Мария Крей. В Эйнсфорде он сделал пересадку. Двинувшись по тропе через извилистую лощину, он побрел в холмы. В рощицу на вершине одного из холмов, где давно уже отцвели анемоны, вместе с Типи Тангом ворвался зыбкий аромат тимьяна и мяты, - там-то он снова отыскал знакомую тропу, уводящую к Пределу Мира, древнюю и прекрасную, словно чудо. Мало для него значили сокровенные воспоминания заветной тропы, что составляют единое целое с загадкой земли, ибо он путешествовал по делу; и воистину мало дорожил бы этими воспоминаниями я, ежели бы осмелился изложить их на бумаге. Достаточно и того, что Танг спускался по тропе вниз, удаляясь от ведомых нам полей все дальше и дальше, и по пути бормотал про себя:"Что, ежели птенцы-таки вылупятся и дело добром не кончится!" Дивные чары, что неизменно окутывают одинокие земли, огражденные меловыми холмами Кента, набирали силу по мере того, как Танг продвигался вперед. Все более и более странные картины наблюдал он по обе стороны узкой Тропы-к-Краю-Света. Не раз и не два над путником сгущались на-поенные тайнами сумерки, не раз загорались звезды, не раз и не два вставало утро, вспыхивая навстречу перезвону серебряных рогов; и вот, наконец, впереди показался эльфийский аванпост, и сверкающие вершины трех гор Фейрилэнда обозначили конец пути.