Допустим, люди могли что-то не заметить. А телекамера? Ей-то плевать на психологические особенности человеческой натуры! А если... Может быть, камера реагирует только на движущиеся предметы? Если в поле зрения нет движения, камера не включается - к чему зря тратить энергию и ленту записи? А если что-то движется, но очень-очень медленно? Черепаха, например...

Что-то есть в этом... Или нет? Нужно будет спросить у Вильнера. А для чего Пуаро понадобилась карта? Хочет посмотреть, можно ли было устроить подкоп? Глупо. Подкопы - это такая древность! Нет, Пуаро стал в последнее время сдавать. Подкоп - подумать только...

Когда я вернулся в номер, Пуаро сидел в той же позе и, скорее всего, спал: что ни говори, а старость есть старость. На прошлой неделе Пуаро исполнилось семьдесят шесть и, хотя он запретил мне упоминать об этой замечательной дате, число прожитых им лет от этого не уменьшилось.

- Гастингс, - сказал Пуаро неожиданно ясным голосом, и я вздрогнул. Мой друг не изменил позы, да и глаз не открыл.

- Вы уже думали об этом деле? - спросил он.

- Немного, - скромно ответил я, зная, как ревнив Пуаро к хорошим идеям, которые приходят не в его голову.

- Ну-ну, - подбодрил меня Пуаро, и я поделился своими мыслями, в глубине души ожидая разгрома. Пуаро открыл один глаз и внимательно посмотрел на меня.

- Вы делаете успехи, Гастингс, - сказал он с ноткой уважения в голосе. - Идея об очень медленном движении недурна.

Я усмехнулся.

- А меня, признаться, - продолжал Пуаро, - мучит вопрос: почему профессор положил машину в банковский сейф?