— А ты что здесь делаешь?

— Я охочусь.

— А я катаюсь.

— Убирайся подальше от меня! — сказал Эрингил. — Как бы я не проучил тебя!

— Ну, ты и нахал! — заявил юнец. — Эта долина тебе еще не принадлежит.

— Насколько я знаю, она никому не принадлежит — это дикие земли, — возразил Эрингил.

Юнец захохотал.

— Нет, дружок, здесь ты ошибаешься! Вон до того дерева — видишь? вон там растет одинокий дуб, — до того дерева действительно дикие земли, но от дуба и до скалы земля принадлежит одному человеку. Очень богатому человеку. Человеку с дурным характером, вспыльчивому, жадному… и ненавидящему чужаков, которые охотятся с соколами там, где не имеют права находиться.

— Ну так познакомь меня с этим вспыльчивым и жадным негодяем, чтобы я мог переломать ему кости! — резко сказал Эрингил. — Должно быть, он твой хозяин, если ты так рьяно за него вступаешься, да еще расписываешь столь живописно!

Юнец подбоченился.

— Тебе повезло — ты можешь осуществить свое намерение прямо сейчас!

— Не хочешь же ты сказать, что ты и есть тот самый человек? — удивился Эрингил.

— Что тебя удивляет? Знатность и богатство не зависят от возраста. А я унаследовала все это, едва родилась.

С этими словами юнец сдернул с головы шапочку, и длинные шелковистые черные волосы упали ему на плечи. Мгновенно лицо юнца преобразилось: то, что раздражало в юноше, восхищало в девушке. Капризно изогнутые брови, темные миндалевидные глаза, пухловатые губы без малейших признаков пробивающихся усов (еще бы!)…

И ноги, вызывающе выставленные напоказ, сразу же сделались предметом самого искренно-го восторга Эрингила. Теперь он испытывал к девушке благодарность за то, что она выставила напоказ свои изумительные бедра и коленки.

Она улыбалась.

— Как твое имя? — спросила она. — Должна ведь я знать, кто переломает мне кости.

— Меня зовут Эрингил из Вольфгарда, — представился юноша, — и я охотно переломал бы тебе кости в объятиях…