- В общем, вам сказали, что меня надо убить. Тогда из Флоресты выведут оккупационные войска и настанет счастье. Свобода, равенство и братство. Что я этот, как его там, кровавый деспот и душитель свобод, хм, опять свобод, заклинило же ваших на свободах-то... Так?

- Да, - издевается, разумеется, заговаривает зубы - вот только зачем? Надеется перевербовать? Напрасно, ничего у него не выйдет.

- Ну да... десять классов очень средней школы, - вздыхает господин Сфорца. - И, зуб даю, сплошные четверки... но по физкультуре десять?

Юноше вдруг делается очень обидно; он знает, что ровно этого от него и ждут - возражений, волнения, но какая же теперь разница?

- Проспорили зуб-то...

- Чёооооооооорт! - всплескивает руками господин Сфорца. - Вы же на вакансию личного помощника, и весь отбор сами прошли?

- Зуб, - улыбается Алваро.

- Вам мой, или, хм, мамонтового хватит?

Алваро Васкес закрывает глаза. Он не может, не может, не может ненавидеть эту сволочь, господина Франческо Сфорца...

***

- Ну что же, Хуан Алваро Васкес, любитель словесности и жертва тригонометрии...

Высокий белесый охранник только подал господину Сфорца хрустящую, горячо пахнущую чернилами распечатку, и Алваро удивился - так быстро читать нельзя, можно только прикидываться, но - нет же, прочитал.

Васкесу весьма неуютно, и вовсе не потому, что он не может шевелиться. Мир кажется чужим, слишком большим и сложным, как в детстве. За полчаса можно узнать и свести к трем листам бумаги всю его недлинную биографию, за пять секунд - прочитать. Мир белых людей из-за океана, с их сложными играми и дурацкими шутками. Кажется, он ошибся дверью, городом, страной, планетой... Алваро хочет спать, ему холодно, он не завтракал и вчера не ужинал - кусок в горло не лез.

Он ничего не понимает, кроме того, что, кажется, его не будут убивать - но что тогда будут делать, что?..