Для Левату злые слова не имели смысла, она знала о своей участи и до того. Но вот откуда подробности известны незнакомцу? А ребенок? Откуда? Дикая, животная ярость охватила ее, а следом и мстительное, неясное чувство радости.

— Кто ты?

Незнакомец приблизился, наклонился к женщине и обнажил длинные белоснежные зубы в широкой улыбке:

— Ты знаешь сама, не так ли?

Женщина вздрогнула. С громким щелчком в костре лопнула ветка. О да, воистину, дороги в ад кажутся такими ровными. Минула вечность в памяти, и лишь три года в жизни. Ее измазанное пеплом лицо уже не так молодо, но еще красиво. Хотя десять лет были ужасными, наполненными страданиями, лишениями, она не превратилась в старуху. Глаза женщины блестели, отражали пламя. Слезы высыхали, а потом вновь катились по щекам. Она должна испытывать облегчение, разве нет? Но соленая вода текла по лицу, разбавляя грязь новыми разводами. Может ли мать ненавидеть дитя? Может ли она полюбить чудовище?

Левату посмотрела на спящих детей. Мальчик и девочка тихо вздрагивали во сне, прижавшись друг к другу как котята. Никогда они так не обнимали младшую сестренку, никогда не играли с ней. Женщина закрыла лицо руками. Дьявол прав. Она подходила для него как никто другой.

Ноги в черных сапогах остановились рядом. Левату подняла голову. Ее новый муж. Хмурое узкое лицо, ни тени обычной усмешки. Но женщина видела лишь маленькую девочку. Всхлипнула и протянула руки. Получив ребенка, она не прижала его к груди сразу же. Всмотрелась в личико, протяжно навзрыд вздохнула, уложила на сгиб руки и только тогда начала укачивать. Мужчина сел рядом. Отблески огня сотворили из его лица жуткую маску, смазанный серый лик с пунцовыми губами.