Солнце сияло над голубой спокойной водой, то там, то тут слышалось чье-то оживленное бормотание, и Джерек почувствовал, как возвращается к нему прежний юмор. Миссис Кристия как раз достигла конца истории.

– Я надеюсь, Вертер оценил по достоинству эту шутку, – спросил Карнелиан.

– Да. Он ведь такой искренний, правда, по-своему.

– Я это знаю! Скажи, он… – Джерек осекся, узнав высокого человека, стоящего у самой воды и поглощенного беседой с Эдгаросердным По, на котором, как обычно, была надета высокая варварская шапчонка.

– Прошу прошения, Кристия. Вы не сочтете невежливым с моей стороны, если я скажу пару слов Лорду Джеггеду?

– О чем ты говоришь? Ты сама изысканность!

– Лорд Джеггед! – закричал Джерек. – Как я рад нашей встрече!

Лорд Канари, облаченный в шелковый камзол малинового цвета, повернулся на крик. Он был по-прежнему красив, но тень усталости стерла улыбку с его удлиненного благородного лица, а седины в висках как будто прибавилось.

– О, Джерек, пряность моей жизни, это ты? Эдгаросердный По как раз записывал мне рецепт своего корабля. Он уверяет, что, вопреки сплетням, тот не растает, по меньшей мере, еще четыре часа. Я полагаю, тебе будет интересно послушать, как нашему другу удалось совершить этот подвиг.

– Приветствую тебя, Эдгаросердный По, – кивнул Джерек толстому и жизнерадостному творцу благоухающего вулкана. – Лорд Джеггед, откровенно говоря, я хотел бы побеседовать с вами…

Но Эдгаросердный По уже удалялся, влекомый под руку щепетильной Кристией.

– …о миссис Андервуд, – закончил фразу Джерек.

– Она вернулась? – Точеное лицо повелителя Канари осталось бесстрастным.

– Вы же знаете, что нет.

Лорд Джеггед чуть-чуть улыбнулся.

– Ты начинаешь приписывать мне способность предугадывать события. Я польщен, но боюсь, что не заслуживаю такой чести.

Встревоженный неуловимыми изменениями, омрачившими их старую дружбу, Джерек склонил голову.