- Это ничего! - воскликнула раскосенькая в цветастой кофточке. - Я год работала на манометровом и ничего не знаю...

- Но тема лекции...

- Это тоже пустяки, - успокоил очкарик. - Пусть для узкого круга лекция называется: "Вклад города Чаинска в победу над фашизмом".

- Даешь! - сказала маленькая блондинка, за чей стол очкарик пересел, устраивая лектора. - Это ведь живая история! Даешь! Пожалуйста...

- А я - живой экспонат, - усмехнулся Игнатий Данилыч. Круги у него перед глазами уже исчезли, озноб кончился. - Только вот вымираем мы все быстрее. Особенно фронтовики.

- Мемуары вам надо оставлять, - сказал кто-то из-за кульмана.

- Мы ведь писаки неважные, - вздохнул Игнатий Данилыч. - Я, как на пенсию проводили, уже год читаю лекции, - он опасливо потрогал красную папку, - о рабочей гордости. Там и про историю приходится говорить. Ну, слушайте, раз интересно. Морозы тогда завернули под пятьдесят. Мы и сейчас не особо их любим, а тогда были только что из Москвы, кто в чем от войны утек...

...Через час, провожаемый аплодисментами, с развязанной красной папкой в одной руке и расстегнутым портфелем в другой, он вошел в кабинет начальника бюро.

- Ну, как? - поднялся тот из-за стола. - Довольны аудиторией?

- Вот как довольны! - заулыбался Игнатий Данилыч. - Славные у вас ребятки. Приглашали еще раз прийти, дорассказать.

- Вот и приходите. Я тоже послушаю. Вас проводить?

- Сам выберусь, - махнул папкой лектор. - Вы мне только вот что объясните: как такое могло случиться?

Он вынул из папки свой облысевший конспект и продемонстрировал осыпавшиеся буквы.

- Вот тебе раз! - удивился начальник бюро. - Отчего же это? Когда?

- Час назад. Здесь, у вас.

- И что вы об этом думаете?

- А что я могу думать? Я больше по слесарной части. За вами слово.