Подойдя к юфорбии, растущей в нескольких метрах от пещеры, он вначале убедился, что в ее ветвях никто не прячется, а потом взобрался по стволу и подыскал удобную развилку, на которой можно было стоять, как в клетке. Эта площадка для обзора оказалась куда лучше той, что возле пещеры: отсюда было видно все на несколько миль вокруг. Неожиданно в тени юфорбии показался большой жук-скакун. Найл затаил дыхание: а вдруг прежний хозяин пещеры вернулся, чтобы отвоевать свое жилище. Но тут на одну из свисающих веток кактуса опустилась большая, с два кулака, муха и принялась чистить передние лапки. Не успел Найл и глазом моргнуть, как жук-скакун рванулся с земли и уже через мгновение проглотил добычу. Пытаясь разглядеть получше, мальчик чуть подался вперед, нога сорвалась с опоры, и жук замер, уставившись наверх немигающими глазами-пуговицами. Найл вцепился в ветку побелевшими пальцами, и на миг ему почудилось, что страшные челюсти смыкаются на его горле. Прошла, казалось, целая вечность, пока хищник не повернулся и не заковылял прочь. По телу мальчика прокатилась горячая волна, и он словно очнулся от кошмарного сна. Пока насекомое смотрело ему прямо в глаза, он не боялся, нет, его ощущения были настолько странными, что Найл ни за что не смог бы описать их словами.
Его охватило чувство, будто он лишился тела, все вокруг наводнила тишина, а сам он понимает мысли жука. И только когда насекомое было уже далеко, Найлу стало по-настоящему страшно. Он помчался в пещеру и весь остаток дня носа не казал наружу. Несколько дней спустя жизнь Найла снова оказалась под угрозой, и спас его лишь счастливый случай.