Роль Артура заключалась в том, чтобы лежать, ругаясь, в грязи, время от времени требуя к себе своего адвоката, свою мать или интересную книжку; роль мистера Проссера заключалась в том, чтобы пытаться увлечь Артура разговорами на темы типа "Общественное превыше личного", "Прогресс нельзя остановить", "Знаете, у меня однажды тоже снесли дом", "Во всем надо видеть хорошие стороны" и воздействовать на него различными другими уговорами и угрозами; а роль водителей бульдозера заключалась в том, чтобы сидеть рядом, попивая кофе, и прикладывать так и сяк к этой ситуации профсоюзные законы, чтобы постараться извлечь из нее максимальную финансовую выгоду.

Земля медленно проделывала свой дневной поворот.

Солнце начинало подсушивать грязь, в которой лежал Артур.

Над ним снова зависла тень.

- Привет, Артур, - сказала тень.

Артур посмотрел вверх и, прищурившись на солнце, с удивлением увидел, что над ним стоит Форд Префект.

- Форд? Привет, как ты?

- Неплохо, - ответил Форд. - Слушай, ты занят?

- Занят? - переспросил Артур. - В сущности, нет. Я только вынужден лежать перед вот этими бульдозерами и всей этой фигней, потому что иначе они снесут мой дом; и кроме этого... в общем, нет, не особенно, а что?

На Бетельгейзе сарказм неизвестен, и Форду Префекту зачастую требовались особые усилия, чтобы распознать его. Он сказал:

- Отлично. Мы можем здесь где-нибудь поговорить?

- Что? - спросил Артур Дент.

Несколько секунд Форд, казалось, не замечал его и напряженно смотрел в небо, как кролик, старающийся попасть под машину. Затем он резко присел на корточки рядом с Артуром.

- Нам надо поговорить, - сказал он серьезным голосом.

- Отлично, - согласился Артур. - Говори.

- И выпить, - добавил Форд. - Нам жизненно важно поговорить и выпить. Прямо сейчас. Пошли в пивную.

Он снова поглядел в небо с беспокойством.