Он уже увидел вдали странный одноэтажный дом с закрученной спиралью трубой и, думая о том, что ему не мешало бы наконец передохнуть, трусцой побежал туда. Птица же, описав круг высоко над головой, с диким рёвом стала пикировать на него. Горин с ужасом разглядел, что это не птица, а пасть с крыльями. Да, это была даже не голова, только широко раскрытая зубастая свирепая пасть, сквозь которую проглядывал кусочек фиолетового неба.

Горин разбежался, подпрыгнул и, на секунду зависнув над землёй, попытался взлететь. У него ничего не вышло, и пасть, пропустив писателя сквозь себя, с некоторым опозданием лязгнула зубами. Денис плюхнулся на землю.

- Нет, здесь без доктора не обойтись, - вслух сказал он, поднимаясь.

- Что, тяжко? - спросил Нигиль, появляясь сзади.

Он был уже без шляпы и в довольно потрепанном виде.

- Сейчас увидишь! - сердито сказал Горин, но в душе почувствовал облегчение. - Всё, что здесь происходит, это просто какой-то бред.

- Неудивительно, - доктор беспокойно огляделся по сторонам. - Ведь ты попал в сон сумасшедшего.

- Что-о?

- Произошло частичное наложение сномиров.

- И что?

- Ничего хорошего. Ты попал в сон сумасшедшего, - медленно и с расстановками повторил Нигиль.

- А я по-твоему кто?

- Ну, у тебя просто не все дома, а это сон настоящего сумасшедшего, - терпеливо объяснил доктор и стал стряхивать пыль с одежды.

Пока он отряхивался, Горин с изумлением наблюдал, как мимо бежали ноги в валенках. Куда делось остальное тело, гадать было бесполезно, однако ноги в зимней обуви, кажется, чувствовали себя превосходно. Они коротко задержались возле Нигиля, одна из них, хорошенько размахнувшись, пнула доктора сзади, и обе быстро-быстро помчались дальше.