«А. Ну и ладно».
«Ты уверена? Я хочу сказать, что будет лучше, если на такие вещи наше мнение будет совпадать…»
«Как я могу растолковать тебе то, чего сама не понимаю? Я не понимаю. Не совсем. Я в замешательстве, Гермес. И чтобы найти дорогу от этого замешательства — я путешествую. Так, словно есть дорога, которая ведёт прочь от него».
«Ага…»
«Я собираюсь пойти спать. Завтра нас ждёт дальняя дорога. Спокойной ночи, Гермес».
«Спокойной ночи, Кино».
Мягко прошуршала толстая ткань, и темнота опять погрузилась в полное безмолвие.
Глава 1
Страна, где понимают боль человека (Я вижу тебя)
Коричневая линия вытянулась через зелёное море.
Это была обычная просёлочная дорога из утрамбованной земли, пролегающая с востока на запад прямой линией. Её окружала трава по колено, раскачивающаяся на ветру. Деревьев видно не было, ни около дороги, ни вдалеке.
Одинокий мотоцикл мчался на запад по центру дороги. Он блестел так же, как и его изящный водитель, одетый в чёрную кожаную жилетку. Позади седока располагался блестящий хромом багажник.
К багажнику была привязана помятая матерчатая сумка, от которой поднималось облако пыли каждый раз, когда мотоцикл подпрыгивал на колдобине.
Под чёрным кожаным жилетом водитель был юн, опрятен и похож на девочку. Несмотря на молодость, сзади, на широком ремне, висела кобура. Это был полуавтоматический пистолет, рукоятка торчала из кобуры так, чтобы его можно было легко достать. С правой стороны висела ещё одна кобура, в которой покоился револьвер. Лепестки кобуры давно распались, и, чтобы револьвер не выпал, в самом низу и на уровне курка кобура была завязана кусками верёвки.
На голове седока было что — то вроде лётного шлема, с полями впереди и шерстяными отворотами по бокам, закрывающими уши. Резинка очков, опущенная на отвороты, держала шлем на голове. Ниже резинки отвороты трепыхались на ветру, отражение в зеркале заднего обзора было похоже на весёлого щенка, но глаза под очками смотрели устало, взгляд был немного расфокусирован.