Гэв ещё какой-то миг смотрел на них с прежней враждебностью, затем кивнул.

– Прошу прощения, – буркнул он и отошёл.

– Вы уже встречались с Гэвом, посол, – мягко обратился Шрас к Сареку.

– Мы поспорили на последнем заседании, когда я находился в должности консула.

– Посол Гэв оказался побеждённым, – невозмутимо добавила Аманда. Если услышанное и позабавило Шраса, на его лице это никак не отразилось. Он кивнул и тоже отошёл.

– Спок, я всегда подозревал, что в тебе не так уж мало земного, – заговорил Маккой, явно пытаясь разрядить атмосферу. – Миссис Сарек, мне известно, что вулканских мальчиков воспитывают очень сурово, но неужели Спок никогда не играл, как земные дети? Пусть даже украдкой?

– Ну, – сказал Аманда, – у Спока был сехлат, к которому он был очень привязан.

– Сехлат?

– Это вроде большого плюшевого мишки.

Глаза Маккоя широко открылись.

– Плюшевого мишки?

Находившиеся поблизости офицеры "Энтерпрайза" услышали его, и вокруг прошелестел смешок. Быстро шагнув к жене, Сарек твёрдо взял её за руку.

– Простите нас, доктор, – сказал он. – Это был долгий день для моей жены. – Он твёрдой рукой повёл её к выходу, сопровождаемый пожеланиями "спокойной ночи".

Маккой обернулся к Споку, выглядевшему так, словно происходящее ни в малейшей степени его не смутило.

– Плюшевый мишка!

– Не совсем, доктор, – отвечал Спок. – Вулканские "плюшевые мишки" живые, и у них клыки длиной в шесть дюймов.

Маккой, не будучи вулканцем, явно был ошарашен. От дальнейшей неловкости его спас ближайший интерком, произнёсший голосом Чехова:

– Мостик вызывает капитана Кирка.

– Кирк слушает.

– Капитан, сенсоры засекли неизвестный корабль, следующий нашим курсом.

– Иду. Боевая готовность. Пассажиров тревожить не надо… Мистер Спок!

Неизвестный корабль оказался небольшим, величиной с разведывательный, и не имеющим права доступа в этот квадрант.