– Я щасс умру, – корчась, сообщил учителю Толстопузик.

– Будь мужественным, – ответил Жирохвост. – Помочь мы все равно ничем не можем, разве что хвосты отдавят.

Конец катаклизму положил Пупырь. Скусив зубами зловредную блоху, он поднялся на ноги, подошел к палатке и не глядя двинул копытом в шевелящийся брезент. В ответ раздался глухой вопль, впереди которого, держась обеими руками за задницу, на солнце выскочил маркграф Ромуальд.

– Никогда не слышал, чтобы в здешних широтах случались землетрясения, – промычал он. – С научной точки зрения…

– Всяко бывает, – любезно ответил ему Пупырь.

– Да-да, друг мой, конечно же…

После недолгого завтрака путешественники собрали разбросанный по всей поляне походный инвентарь и отправились в путь.

Позабытая грунтовка, местами поросшая уже травою, шла то лесом, то некошеным лугом – вообще местность выглядела совершенно заброшенной, однако ж, невзирая на опасения Ромуальда, вовсе не зловещей. Пару раз дорогу перебегали деловитые бурундуки, а однажды впереди мелькнул оранжевой вспышкой роскошный лисий хвост – Шмопский лес жил своей насыщенной лесной жизнью, не обращая ни малейшего внимания на соседство темных сил.

Скоро местность стала понижаться, в воздухе слегка запахло тиной. Пикап маркграфа Шизелло выехал на пологий берег быстрой темной реки и остановился.

– Здесь явно должен быть брод, – сказал барон, выбираясь из кабины на воздух. – Вон, на той стороне наша колея продолжается, как ни в чем не бывало. Схожу-ка я проверю, а то взопрел чего-то.