Я здесь!

– Браво, Адам, – сказал один из слушателей. Раздался шелест аплодисментов. Чехов откашлялся.

– Простите, есть среди вас Ирина Галлиулина?

– Она на обследовании, – ответил Адам. Ударив по струнам, он пропел:

– Вы знаете Ирину? – спросил кто-то еще. Чехов кивнул.

– Послушай-ка, скажи мне, – начал Тонго Рэд. – Почему вы, люди, носите всю эту одежду? Как вы в ней дышите?

Сестра Чапел вышла из лазарета в сопровождении двоих санитаров. Оглядев потенциальных пациентов, она показала на Севрина:

– Вы – следующий.

Севрин обмяк, впадая в забытье. Чапел кивнула санитарам, которые прошли к нему и, подхватив безвольное тело, потащили его в лазарет. Почти сразу же оттуда вышла Ирина.

– Ирина, – сказал Чехов.

Не выказав удивления, она улыбнулась своей обычной загадочной улыбкой, которая редко покидала ее лицо – но за которой скрывалась настороженность.

– Павел Андреевич, – спокойно сказала она. – Я была уверена, что мы именно так неожиданно встретим друг друга.

– Ты знала, что я был на "Дерзости"?

– Слышала.

– Ирина… почему… – он осекся, увидев, что на него устремлены все глаза. – Пойдем.

Он вывел ее в пустой коридор, и некоторое время смотрел на нее, разглядывая, причудливый короткий наряд, длинные волосы, весь ее почти неряшливый вид. Когда он наконец заговорил, в голосе его ясно слышалось что-то похожее на гнев.

– Как ты могла сотворить с собой такое? Ты же была ученым. Ты была… приличным человеком. А теперь полюбуйся на себя!

– Да ты сам-то на себя посмотри, Павел, – спокойно сказала она.

– Почему ты это сделала?

– А ты почему?

– Я горжусь собой таким, какой я есть. Я верю в то, что делаю. Можешь ли ты сказать о себе то же самое?

– Да.