Внутри царили тишина и прохлада. Корабль был оборудован системой управления инерцией, поэтому никаких специальных лежачих кресел, гамаков или силовых полей в нем не имелось - команде предстояло испытывать лишь легкое ощущение ускорения и торможения, создававшееся искусственно в психологических целях.

Пласс представилась Карн и Расп. Пиктора - устройства для демонстрации идентификационных символов - у нее с собой не было, они просто обменялись словами. Олми это понравилось.

- Сер Олми, - сказала Пласс, - снаружи нас никто не слышит?

- Никто.

- Хорошо. В таком случае мы можем быть откровенны. Наша экспедиция бесполезна. - Она повернулась к близнецам; те были похожи на знаки ударения над каким-то невидимым словом. - Вас выбрали по причине вашей неопытности.

- Незапятнанности, - ответила Расп. - Готовности принимать новое.

Карн кивнула и улыбнулась.

- А еще мы не боимся привидений.

На секунду показалось, что первую стычку Пласс проиграла. Однако она явно собиралась стать в экспедиции штатной Кассандрой.

- Разочарованы вы не будете.

- Мы видели Номера 2, - сказала Расп, а Карн опять кивнула. - Сер Рай Орнис настоял на том, чтобы мы его изучили.

Олми вспомнил свою встречу с Номером 2, тело которого ярко светилось в полумраке удобно обставленной комнаты. Существо не было уродливым, как он ожидал, но, конечно, и нормальным его назвать было нельзя. Его кожа пылала - на ней распадались блуждающие атомы металла. Оно стояло в темноте, похожее на звездную туманность в бескрайней бездне за стенами «Пушинки», только руки были темными, и когда существо пыталось говорить, они казались черными дугами на фоне сияющего тела.

Номер 2 жил в искаженном времени, не продвигаясь ни вперед, ни назад. Чтобы понять, что говорит существо, требовался специальный переводчик. А говорило оно о том, что случится в комнате, когда Олми уйдет. Оно сказало, что Пути скоро придет конец - «в мгновение птичьего ока». Переводчик передал эти слова достаточно внятно, хотя многое другое воспроизвести не смог - похоже было, что существо изобретает или узнает какой-то неизвестный, совершенно не человеческого происхождения язык.