Идя по улицам Сан-Франциско, он заново приноравливался к земной слабой силе тяжести и погоде. Туман стоял на улицах, окутывал знаменитый мост Голден-Гейт, тёк между холмами. Сарек плотнее запахнулся в плащ, отметив, что на плотной ткани собрались капельки влаги.

В здание Высшего Совета Федерации Сарек вошёл за несколько минут до того, как должно было начаться его выступление. В фойе навстречу ему заторопилась коммандер Кристина Чэпел.

– Сарек! Спасибо, что прилетели.

– Получив Ваше послание, я вылетел с Вулкана, как только смог. Результаты расследования по-прежнему свидетельствуют против Джима Кирка и его товарищей?

– Не в его пользу. И не в пользу никого из остальных. – Она не скрывала тревоги. – За свою карьеру он приобрёл много друзей. Но и врагов тоже. Многие – в том числе и в самой Федерации – будут рады, если его осудят.

– Но он спас жизнь Споку, а также и лейтенанту Саавик, – сказал Сарек. – Более того, он действовал по моему поручению. Нелогично наказывать его за это.

– Сэр, – заметила Чэпел, – Вы тоже нажили немало врагов.

– Это нелогично, – повторил Сарек. – Но это правда, – добавил он.

– Господин посол, Спок выздоровел?

– Он выздоравливает; однако, пережитое не прошло для него бесследно. Он изменился, но это Спок.

– Я очень рада, – сказала она.

Сарек последовал за Чэпел в неожиданный полумрак зала заседаний.

Резкий свет вспыхнул над рядами спускавшихся амфитеатром кресел, окрашивая одежду присутствующих в одинаковый красный цвет. Не только пол, но и сам воздух в зале содрогнулись от грохота. На голографическом экране перед сидящими видно было, как взрывается планета.

Громовой голос заполнил зал.