Атмосфера стала удушливой от выдыхаемого углекислого газа. Читирих Ра-Дреии и люди из инженерной службы безуспешно пытались восстановить системы жизнеобеспечения. Александра распорядилась поместить весь экипаж в стазис и продолжала передавать сообщение об опасности, пока мощность сигнала не упала до нуля.

Никакого ответа.

Сарек вышел из транспортаторного центра во влажную прохладу земного дня. Он мог бы транспортироваться прямо в здание Высшего Совета Федерации, но предпочёл дойти туда пешком. Попадая на другую планету, он никогда не упускал случая пройтись на свежем воздухе, под открытым небом, если только позволяли условия. Это помогало освоиться в новой обстановке. Сарек научился этому у Аманды. Он нередко удивлялся, почему все вулканцы не поступают так же – ведь это так логично.

Выйдя в отставку много лет назад, Сарек не предполагал, что ему когда-либо придётся вернуться на дипломатическую службу. Он не предполагал, что ему доведётся снова побывать на Земле. Но два визита на Землю за какие-нибудь три месяца полностью нарушили размеренный уклад его жизни. Первый раз он отправился на Землю для того, чтобы обвинить Джеймса Кирка. Второй раз – чтобы защищать его.

Правительство Вулкана почти склонялось к тому, чтобы запретить ему вторую поездку. Сареку пришлось использовать всю свою логику, всё своё умение убеждать, чтобы добиться их согласия. Многих в правительстве совершенно не интересовала судьба Джеймса Кирка; они высказывали Сареку гипотезу, что поскольку Кирк нейтрализовал серию событий, которые сам же и вызвал, было достигнуто определённое равновесие. Теперь Кирк должен отвечать за последствия своих действий. В случае же вмешательства вулканцев, это равновесие будет нарушено.

Возможно, подумал Сарек, упрёк министра Т’Принг был справедлив, и я действительно слишком долго жил на Земле. С точки зрения других вулканцев я, несомненно, слишком долго жил в обществе землян; по крайней мере, в обществе одной землянки. Всё же я не представляю себе, как мог бы поступить иначе, и в конце нашей дискуссии даже остро отточенный, безупречно логичный ум Т’Принг признал справедливость моих доводов. Она поддержала меня.