— Именно так. Но пока не следует особо распространяться о том, кто я такой. Я здесь с папской миссией.

— Конечно, — нехотя кивнул Франциско Скалиджеро. — Но при чем здесь мой сын? Зачем он вам?

— Когда я увидел Себастьяна у доминиканцев, он показался мне весьма толковым и религиозным юношей, не чета своим сверстникам.

— Но он прежде всего Себастьян Скалиджеро, будущий барон Ракоццио, — нахмурился барон то ли от темы разговора, то ли от боли. — Я не могу отдать церкви своего единственного наследника.

— Я понимаю, и не требую от вас подобной жертвы, сеньор Франциско. Меня вполне устраивает роль наставника. К тому же, даже нам, порой, лучше иметь покровителя. Люди легче изгонят мрак бесовский из своих душ, если увидят, что хозяин подает им пример.

— Что ж, в таком случае, можете оставаться. Будьте желанным гостем в нашем доме, — разрешил барон, а про себя подумал, что покровительствовать инквизитору гораздо лучше, чем он начнет разнюхивать тут все об обитателях замка. До сеньора Франциско доходили слухи о тех ужасах, что творились в Риме, Флоренции, Генуе. Там не проходит и дня без того, чтобы кого-либо не сожгли на костре за ведовство и ересь. Барону очень не хотелось, чтобы что-либо подобное стало происходить в его землях.

— Вы достойный христианин, сеньор Франциско, — кивнул священник. — Со своей стороны обещаю оказывать посильную помощь вашему сыну, быть ему хорошим наставником. И также буду неустанно молиться Господу нашему о вашем здоровье, — весь его образ источал смирение, как и положено священнослужителю, только глаза оставались холодными. Их взгляд более всего выдавал инквизитора.

Барон невольно поежился, но изобразил на своем лице добродушную улыбку. Что делать? Он сам пригласил этого «черного человека» в свой дом.