Здесь получают удовольствие либо от чистоты и порядка, либо от тишины и покоя.

+++

Пострадавший кивнул двум дюжим розовощеким стражникам, распахнул перед Андреем двери и пропустил его вперед.

- Заходи, рыцарь, - почтительно склонив голову, пригласил он. Надеюсь, ты не забудешь старика, когда тебя произведут в рыцари страны Розовых Снов? Ты прости, если я был немного груб с тобой. Мы здесь так редко видим по-насто - ящему благородных людей. И не захочешь, очерствеешь сердцем и позабудешь все правила приличия.

- Я не помню, чтобы вы мне грубили, - ответил Андрей.

- Замечательно, - обрадовался Пострадавший. - Это вполне по-рыцарски.

Они подошли к длинной широкой лестнице из розового мрамора, которая вела наверх. Здесь в несколько рядов стояли в очереди самые разные кандидаты в рыцари: мальчики и девочки, мужчины и женщины и даже совсем древние старички и старушки. У каждого кандидата на ладони был начертан химическим карандашом номер очереди, и когда Андрей с Пострадавшим начали подниматься по ступеням, кто-то услужли - во протянул им карандаш.

- Спасибо, нам не надо, - поблагодарил Пострадавший и потащил своего спутника дальше.

На широкой лестнице, как и в любой другой очереди, было суетно и шумно. Иногда кто-нибудь из кандидатов вдруг начинал испуганно озираться, а потом исчезал, словно лопнувший мыльный пузырь. Андрей уже не удивлялся этому. Он знал, что если человек исчез из этого мира, значит он проснулся в том.

На лестнице как раз заканчивалась очередная перекличка и сверху то и дело слышалось:

- Сто двадцать седьмой есть?

- Есть, есть, - закричал пожилой лысый гражданин.

- Сто двадцать восьмой есть? - перегнувшись через перила, крикнул распорядитель в розовой ливрее.

- Есть, сынок, - прошамкала маленькая горбатая старушка.

Сто двадцать девятым оказался тот самый унылый мальчишка. Проходя мимо него, Пострадавший хлопнул его по плечу и на ухо сказал ему: