- Я физик. На научной работе. В ваших краях проездом. В командировке.

- Понятно. То-то я тебя впервые вижу. Если б здесь жил, могли чаще встречаться. Ты, вижу, простой парень, хотя и "Наполеон" попиваешь... А место это я давно люблю. Здесь уютно. И почти рядом с моим домом. Вон, видишь, я там живу.- Коньяк с выпитым до этого пивом приятно кружили голову.- А ты что, в командировку приехал на этом драндулете? - Микола расхохотался.

- С чего это ты зубы скалишь?- с обидой произнес Георгий.

- Ты, Жора, как вижу, большой оригинал.

- Прилетел сюда я самолетом, а этот, как говоришь, драндулет без проблем всяких отправляется багажом. За что я его и люблю...

Микола продолжал смеяться, глядя на блестевший наполненный "Наполеоном" стаканчик. Наконец, после некоторого колебания, он взял его и опрокинул в рот:

- За твое здоровье, Жора... Спасибо...

- И что же ты пишешь? Ты поэт или прозаик?- спросил Георгий, плеснув себе коньяка и вновь наполнив стаканчик Ми-колы.

- И поэт и прозаик... Но я еще не член Союза,- .пьяно улыбаясь, ответил Микола. - Не тороплюсь самоутверждаться профессионально. Жизнь следует получше изучить, жизненного опыта набраться...

- А это дело... я вижу, ты любишь, - Георгий кивком указал на бутылку.- Боец?!- сказано было так, что Микола не мог сообразить, как воспринять произнесенные по его адресу слова. - Здоровье крепкое. Это хорошо. А если у человека здоровье в норме, то остальное уже само собой... Так?

- К здоровью еще и деньжата не лишние. Чтобы вдохновение чаще приходило, - хихикнул Микола, поднимая блестящий металлический стаканчик.Ведь писатель без вдохновения - живой труп. А писать для заработка, чтобы прожить, - это же позор! Это позор! Ты согласен со мной? Левушке Толстому думать о куске хлеба не приходилось. Вот и писал, как бог. Не для денег потому что писал.