Роман Бутлер занялся этим делом после того, как пропала одиннадцатая по счету девушка, Соня Беркович. В полицию обратился прохожий, стоявший у витрины магазина перчаток и услышавший вдруг вопль с третьего этажа, где, как все знали, помещался массажный кабинет Руди Бернштейна.

Вместо Сони в комнате обнаружили мальчишку лет пятнадцати, по виду типичного араба, который не мог дать никаких показаний, поскольку у него был аккуратно вырезан язык.

- Вот так, Песах, - сказал Роман, когда я просмотрел микродискету и вытер выступивший на висках пот. - К твоему сведению: до сегодняшнего дня исчезли одиннадцать девушек из восьми массажных кабинетов. Ни в одном случае не удалось задержать клиента, который выходил от девушек последним. Но вместо девушек всегда что-нибудь появлялось. Перечисляю: живой баран, мальчишка-араб с вырезанным языком и лишенный рассудка, камень размером с журнальный стол, пуховая перина с пролежнями, несколько пергаментных свитков, к сожалению, без записей, оружие, в том числе явно побывавшее в употреблении... И, наконец, боевое облачение для мужчины среднего роста. Эта последняя находка и заставила нас обратиться к историку.

- Можно взглянуть?

- Диск у тебя в руках.

Посмотрев, я сказал:

- Роман, тебе известно, что я специализируюсь на новейшей истории Израиля. А это облачение не имеет к израильской истории никакого отношения.

- А к какой? - терпеливо спросил Роман.

- Ни к какой, - отрезал я. - Это искусная подделка боевого облачения курашитского воина первой четверти седьмого века нашей эры.

- Почему - подделка?

- Потому, черт возьми, что облачение совершенно новое. Я бы сказал непристойно новое. Ты что, сам не видишь?

- Вижу, - сказал Роман. - Именно поэтому мы и обратились к тебе, а не к Даниэлю Дотану, специалисту по раннему исламу.

Только тогда до меня начал доходить ход мыслей Романа и Меира.