- Так ведь... - ошарашенно проговорил Афанасий. - Какой же из Шерхебеля гребец?

Замдиректора Чертослепов оперся локтями на стол и положил хитрый остренький подбородок на сплетенные пальцы.

- Афоня, - с нежностью промолвил он, глядя на ответственного за культмассовую работу. - Ну что же тебе все разжевывать надо, Афоня?.. Не будет Шерхебель грести. И никто не будет. Просто шестнадцатого у моей жены день рождения, дошло? И Намазова с Шерхебелем я уже пригласил... Ну снабженец он, Афоня! - с болью в голосе проговорил вдруг замдиректора. Ну куда ж без него, сам подумай!..

- А грести? - тупо спросил Афанасий.

- А грести мы будем официально.

...С отчаянным выражением лица покидал Афанасий кабинет замдиректора. Жизнь была сложна. Очень сложна. Не для Афанасия.

2

Ох, это слово "официально"! Стоит его произнести - и начинается какая-то мистика... Короче, в тот самый миг, когда приказ об освобождении от работы шестнадцатого числа пятерых работников НИИ приобрел статус официального документа, в кабинете Чертослепова открылась дверь, и в помещение ступил крупный мужчина с озабоченным, хотя и безукоризненно выбритым лицом. Затем из плаща цвета беж выпорхнула бабочка удостоверения и, раскинув крылышки, замерла на секунду перед озадаченным Чертослеповым.

- Капитан Седьмых, - сдержанно представился вошедший.

- Прошу вас, садитесь, - запоздало воссиял радушной улыбкой замдиректора.

Капитан сел и, помолчав, раскрыл блокнот.

- А где вы собираетесь достать плавсредство? - задумчиво поинтересовался он.

Иностранный агент после такого вопроса раскололся бы немедленно. Замдиректора лишь понимающе наклонил лысеющую голову.

- Этот вопрос мы как раз решаем, - заверил он со всей серьезностью. Скорее всего мы арендуем шлюпку у одного из спортивных обществ. Конкретно этим займется член экипажа Шерхебель - он наш снабженец...

Капитан кивнул и записал в блокноте: "Шерхебель - спортивное общество - шлюпка".