— Я очень огорчен.

— Как это неприятно! — пролепетала Патриция. — Я-то надеялась вас обрадовать.

— Боюсь, это желание дорого вам обошлось.

— У вас всегда вызывает такой ужас встреча со старыми друзьями?

— Моей спине померещилась встреча со старыми врагами. Клянусь, спина будет наказана — и спина, и то, что ниже.

Он улыбнулся, и Элен невольно подошла ближе. Похоже, знакомый Патриции умел освещать улыбками все вокруг себя.

— Познакомьтесь, — сказала Патриция.

И назвала имя, прозвучавшее для Элен как «Эндорияма». Элен знала, что тайанцы ставят фамилию перед именем, и теперь тщетно пыталась угадать: зовут нового знакомого Эн Дорияма или Эндори Яма?

— Мы с Эндо вместе работали на раскопках, — продолжала объяснять Патриция.

Загадка разрешилась. Элен трудно давались тайанские имена, и мысленно она несколько раз повторила: «Эндо Рияма. Эндо Рияма».

— Давно ли вы в Тайане?

— Я вернулась сразу, как только иностранцам разрешили въезд в страну. Вы же помните, в начале войны нас всех выдворили… Элен приехала вместе со мной. Она пишет серию очерков о Тайане…

В Элен проснулась журналистка.

— Археология — это профессия или увлечение? — осведомилась она у Эндо.

— Увлечение, — ответил он после секундной паузы. — А по профессии я, как и большинство мужчин в Тайане, рыбак.

Элен разочарованно хмыкнула. Она готова была представить Эндо капитаном пиратского корабля, но не прозаическим рыболовом. Снова окинула его взглядом. Нет, прежде ей не доводилось видеть у рыбаков подобной осанки. Или, лучше сказать, выправки?

— Кстати, мы привозим живность и для этого океанария, — сообщил Эндо.

— Так вот почему вы так горячо приветствовали черепаху, — оживилась Патриция. — Это одна из ваших знакомых?

Они засмеялись.

— Скажите же, как наша работа? — нетерпеливо воскликнула Патриция. — Я пыталась разыскать профессора Шеня, но безрезультатно. Раскопки продолжаются?