– А как же с моим делом? – спросил Фред.

– Прошу вас подождать несколько минут.

На селекторе зажегся красный глазок.

– Простите, – вновь извинился Бирк. Он пододвинул микрофон поближе к себе. – Слушаю.

– Шеф, к клиенту номер 4725, – услышал Фред, – пришла жена, а репродуктор не работает. Мы вызывали радиомеханика, но он придет лишь через полчаса. Что делать?

– Кто обслуживает клиента?

– Лермен.

– Оштрафуйте его на десять кларков. Если подобное повторится, увольте. Перед женой клиента извинитесь и дайте музыку с соседнего участка, так, чтобы она слышала, конечно.

– Еще один вопрос, шеф. Клиент любил Моцарта и Штрауса. Кого из них транслировать?

– Сегодня пасмурно. Дайте Моцарта.

Огонек на селекторе погас.

– Бирк, – спросил Честер, – вам нравится работать здесь?

– Безусловно! У меня беспроигрышный бизнес, и, кроме того, разве можно найти более спокойное место? Десять лет назад, после окончания Кембриджа, я два года работал в одной из крупнейших клиник Лондона, но больно уж там беспокойно. Наш же клиент тихий, благоразумный.

– Да, пожалуй, вы правы.

Появилась Валери и положила на стол черную папку. Фред прочитал: «Клиент №24657. Доставлен 24 сентября 1965 года. Участок №7».

Бирк раскрыл папку, быстро пробежал глазами анкету.

– Драгоценностей нет, золотых зубов тоже, – сказал он Фреду. – Что вас интересует в этом клиенте?

– Я хочу просто посмотреть на него.

– Странно. – Бирк пристально глянул на Честера. – Очень странно… Ну что ж, милый Фред, я уже дал распоряжение на раскопки. Но это противозаконно, потому что беспокоить наших клиентов могут только полицейские…

– Разрешите, я пойду туда? – нетерпеливо сказал Фред.

– Одна маленькая формальность, – остановил его хозяин фирмы. – В какой банк представить счет?

– Я предпочитаю платить наличными.

– Нас это вполне устраивает. Итак, непосредственно за раскопку – шесть кларков двадцать пять леммов и за риск – как известно, среди деловых людей не оплачивается – сто пятьдесят кларков. Итого сто пятьдесят шесть кларков двадцать пять леммов.