Человек нашел в кармане связку ключей.

Квартиру ему устроили родители. Конечно, любопытно было бы узнать, каким образом, но факт этот столь зауряден, что тратить буквы жалко. Он никогда не интересовался подробностями — просто принял подарок, поднесенный ему в честь получения аттестата зрелости, и начал строить жизненный путь самостоятельно. Квартира была однокомнатной, без телефона, на последнем этаже, но зато он жил в ней один.

«Мама…», — подумал человек, и слабый укол стыда стал ему наградой. Ни разу в Келье он не вспомнил о ней. Ни разу… Надо будет позвонить, да-да, обязательно.

Он просунул ключ в замочную скважину. Замок сработал.

__________

— Ты кто? — спросила девица.

— Как… — он даже растерялся. — Я?.. Это моя квартира.

Из комнаты высунулась вторая девица. На обеих были короткие халаты. Нежно-розовый и нежно-голубой.

— Кто там пришел?

— Говорит, что здесь живет.

— Прекрасно! — вторая девица хохотнула. — Мы тоже здесь живем.

Наступило молчание. Первая вдруг сообразила:

— Слушай, ты Холеный, наверное?

Беглец вздрогнул. Он вечность не слышал этого слова. Забыл о его существовании.

— Похоже, да, — он криво усмехнулся.

Такое человек носил имя. Второе, разумеется — то, с которым был признан в лучших домах, с которым был принят в обществе. Настоящее, увы, погибло в огне. Он вспомнил, откликнулся! Значит, каждый теперь вправе называть его именно так.

— Ну, даешь! Какого же ты молчишь-то? Сразу не мог сказать?

— Я вас не знаю, — хмуро произнес Холеный.

— А мы тебя хорошо знаем! — снова хохотнула вторая девица. — Люмп много о тебе порассказывал.

И первая не удержалась, хмыкнула:

— Чего нас знать, мальчик? Я Надя, а это Верка. Долго ли умеючи?