
Так бы и застрять Крысеню на нижних ступенях служебной лестницы, да помогла Война Кольца и падение Чёрного Властелина. Зуд правильно оценил обстановку, ушёл из разваливающегося Чёрного сыска, пристро-ился к одному из самых заметных лешелюбов и казнокрадов той смутной поры, занимавшемуся главным тогда делом: разворовыванием народного добра. Куски пирога со стола начальника перепадали и ему, так что скоро он стал весьма состоятельным. Перебрался из Озёрного Города в столицу. Незаметно прирос к своре прихвостней Пьюна Громоздилы, которого лешие и водяные сделали первым Наместником так называемого Большерунийского Независимого Народоправия. Потом непрекращающиеся дикие выходки никогда не трезвеющего Громоздилы так настроили против него рунцев, что лешие решили заменить Пьюна кем-нибудь поприличнее.
Тут-то в поле их внимания вовремя вынырнул Зуд Крысень. Нет-нет, если особым умом мелкий сыщик никогда не блистал, то отказать ему в хитрости и расчётливости не мог никто. Стоит ли удивляться, что именно его лешие поставили вторым по счёту Наместником Большерунья?
Хитростью и предусмотрительностью следует считать и то, что Зуд Крысень неожиданно для всех на четыре года временно отрёкся от власти Наместника, заменив себя Хорём Головастиком и, словно в насмешку, назвавшись его заместителем. Впрочем, понятно, что отречение произошло лишь на словах, а на самом деле Зуд держал Хоря на коротком поводке. Хорь поклялся через отпущенный ему срок безропотно вернуть Зуду кресло Наместника, пересев на место заместителя.
