– Могу выписать направление в ЛТП.

– Благодарю покорно, доктор. В лечебно-трудовом профилактории я проработал полтора месяца. Преддипломная практика. Правовые аспекты объегоривания пьянчужек хищными родственниками, жаждущими заполучить квартиру или дачу. Нет ничего ублюдочнее этих ЛТП. Сплошной мат, рыгаловка, драки, самогон и прочее.

– Василий Осипович, полечите, пожалуйста, – заканючила Таня. – Неужели по всей Москве некому его спасти?

– Насчет Москвы – дело дохлое. А вот в Японии нащупали одну методику, но что-то уж больно несуразное. Чертовщиной попахивает. Даже не стоит забивать ваши светлые головушки такой дребеденью. Все равно не поверите.

Из танечкиных глаз закапали крупные слезы. Я-то знал, что она любительница всплакнуть, даже беспричинно, но врач почему-то переполошился, стал упрекать себя за глупую прямоту и бесцеремонность и наконец сказал:

– Ради вас, Танечка, я готов нарушить даже клятву Гиппократа. Только перестаньте плакать. Попробуйте разыскать Гернета. Классный нарколог. Полгода стажировался в Токио.

Наконец он показался на высоком крыльце помпезного здания с толстенными колоннами и начал ослаблять модный галстук, глядя на розоватые облака в истомленном жарою небе. Тут я вышел из-за колонны и сказал:

– Доктор Гернет, извините меня, Бога ради. Вы должны спасти моего брата.

Он тряхнул темно-каштановыми кудрями, скорчил болезненную гримасу:

– Во-первых, я никому ничего не должен. Во-вторых, почему и от чего нужно спасать именно вашего брата?

– Потому что он тоже мастер по велоспорту. Только вы бывший чемпион Москвы, а он – Хабаровска. А теперь он пьет по-черному.

– Кто вы такой? Откуда подробности обо мне? – Он сошел с крыльца, приблизился и впился в меня огромными, вздрагивающими, как ртуть, глазами. Что-то львиное было в его облике: кольца спутанных волос, пышные усы, короткий нос, раздвоенный подбородок. Женщины от таких зверей без ума.