– Красивая перспектива, не правда ли? – спросила Ивонна.

– Очень, – кивнул я.

Она направилась к низенькому столику, на котором стояло изрядное количество хрустальных бутылок.

– Что-нибудь выпьете?

– Спасибо, не стоит, – поблагодарил я. – После всего, что со мной произошло, у меня не было желания рисковать. Я был наслышан о Лукреции Борджия, этой средневековой кудеснице в приготовлении всяких коварных коктейлей, и почему бы всякой другой красивой женщине не воспользоваться ее опытом.

Танцовщица налила себе, но не выпила, просто держала бокал в руке.

– Вы выполнили свое обещание? Переговорили с ним?

Я ответил, что пришел к ней как раз после разговора с ним.

Мисс Сен-Жан слегка рассерженно улыбнулась.

– Почему же вы просто не позвонили мне, как я говорила? Почему пришли сами?

Значит, она ничего не знала. Или делала вид, что ничего не понимает.

Дневное солнце приятно грело мое лицо. Я даже удивился, как я мог наслаждаться солнечным теплом после того, что случилось с моим "мерседесом".

Я сел в кресло, стоящее у самого бассейна, и еще на какое-то мгновение отдался солнечным лучам, прежде чем ответить на ее вопрос. А потом с грубой откровенностью сказал:

– Во-первых, потому, что хотел вас видеть, а, во-вторых, кто-то подложил под мою машину бомбу, пока я говорил с Мулденом. Этот кто-то чуть не убил меня. Во всяком случае, старался на совесть. Я, правда, отделался синяками и царапинами, но от моей машины осталось металла на пепельницу.

Бокал выпал из ее руки и разбился о каменные плиты террасы.

– Не может этого быть!

Ее изумление и страх, казалось, были искренними. Если же это была игра, то она сыграла лучше, чем когда выступала в своем стриптизе. Как говорится, в сомнительных случаях дело решается в пользу обвиняемого. Возможно, что Том Хэнсон и ошибался. Возможно, она и Тод Хаммер не имели никакого отношения к этому делу.

– Где это случилось? – глухо поинтересовалась она. – И кто вас пытался убить?