Это был узколицый человек лет тридцати пяти. Уже много лет он считался ведущим "специалистом" в пластиночном бизнесе. За восемь лет нашего знакомства я никогда не видел его совершенно трезвым. Правда, абсолютно пьяным я его тоже никогда не видел.

Он сидел на своем постоянном табурете за стойкой бара, почти впритирку с маленькой брюнеткой, которая мне показалась знакомой.

– О, король детективов! – приветствовал он меня, ткнув пальцем в газету, лежащую перед ним. – Скажите, как чувствует себя человек, когда он внезапно становится знаменитым, Джонни?

Я поделился с ним своей радостью, что меня не разорвало на куски, и спросил, не будет ли он против, если я задам ему несколько вопросов.

– О чем?

– О "Пайоле".

Он заулыбался.

– Это моя любимая тема. Присаживайтесь и закажите себе чего-нибудь выпить. – Повернувшись к маленькой брюнетке, он сказал: – Мой ответ: нет! Иди домой и не говори с Дэйвом. Его последний диск я не променяю даже на все "золотые пластинки" в Соединенных Штатах. – Он ласково потрепал ее по голове. – Сматывай! Мой друг нуждается в моей помощи.

Я предложил пройти к столику, если дама хочет выпить свой бокал.

– Только не забивай этой ягодке голову ненужными словами, – пожурил меня Келли. – А то она и впрямь возомнит себя дамой.

Мысленно я дал себе обещание при случае как-нибудь смазать Келли по роже. Но в данный момент он был мне нужен.

– Мне очень жаль, – улыбнулся я девушке. – Может быть, я чем-нибудь другим могу исправить положение?

Она покачала головой.

– Нет. Но я благодарю вас за ваше предложение. Большое спасибо, мистер Алоха.

Она взяла свою рюмку и отправилась к столику у стены. Я сел на табурет рядом с Келли.

– Итак, что вы хотите узнать? – спросил меня он.