На экране между тем появлялся один артефакт за другим: зубчатые спирали, элементы доспехов, стилизованные фигурки странных животных… «Предположительно печать, датируется 2400 годом до нашей эры», — монотонно комментировал Глендруид. Внимание Платона привлек посох или жезл длиной около фута, покрытый геометрическим узором, напоминающим буквы, с раздвоенным наконечником из переливчатого сине-зеленого камня. Голограмма медленно поворачивалась вокруг своей оси. «Жезл с наконечником из селена. Имеет, судя по всему, ритуальное значение. Датировка проводилась, но время изготовления не установлено», — произнес Глендруид.

«Что мне напоминает этот жезл?» — наморщил лоб Платон. Что-то до боли знакомое, ну просто родное! Набалдашник должен сниматься: жезл довольно широкий и наверняка полый. Вот эти глубокие желобки для пальцев, чтобы жезл не выскальзывал из рук, указывают на то, что его трудно удержать — либо он очень тяжелый, либо… Где же он мог его раньше видеть?

Платону захотелось подержать его в руках, ощупать со всех сторон, проверить балансировку. А ведь, похоже, крепкий: если звездануть кому-нибудь по голове, мало не покажется. Вот оно! Скрытое оружие! Платон чуть не подпрыгнул на месте. Жезл был очень похож на его собственную тросточку, имевшую, помимо чисто декоративной, множество других полезных функций — только более совершенный, усложненный, словно бластер по сравнению с кремневым пистолетом. «Точно, оружие — уж я-то такие вещи нутром чую!» Платон с трудом удержался, чтобы не включить микрофон и не прервать докладчика, высказав свою гениальную идею вслух.

Голограмма жезла тем временем исчезла, и на экране появилась статуэтка змеи из радужного полупрозрачного камня. «А вот и тот самый змей, о котором я вам рассказывал», — самодовольно произнес Глендруид. Но Платон уже утратил интерес к докладу. «Что это я так разволновался? — подумал он с легким удивлением. — Жезл как жезл — мало ли их находят на всех планетах, где туземцы верят в колдовство?» Хотя… что-то в нем все-таки было: так подсказывала Платону интуиция, а он приник ей доверять.