«Спокойно! — приказал я себе. — Все нормально. Все кончено».

На самом деле я понимал: все только начинается. Будут еще менты, которым придется давать объяснения, будет еще Катька, которой придется рассказывать о происхождении ножевых ран. С Катькой-то было проще, она знала мою главную тайну. Тайну того, как я занял этот огромный кабинет и что на самом деле стало с Кириллом. Если уж совсем начистоту, то она была моей соучастницей.

Трудно, однако, было поверить, что нинзя на стене и сраженный мной невидимка имеют к Кириллу хоть какое-то отношение, Разве только рукоять кинжала давала намек, да и то слишком прозрачный. Но, как бы там ни было, я решил заснять кинжал раньше, чем он попадет в ментовское хранилище вещественных доказательств.

— Влад! — зычно выкрикнул я. Затем догадался бросить макет вышки на пол и набрать номер мобильника. — Влад, алло!

— Что случилось? — насторожился помощник режиссера.

— Бери оператора с камерой и быстро ко мне! И педрилу этого, забыл как его, с фотоаппаратом... Тоже сюда! И живо!

— Что случилось?

— Увидишь.

Нажав кнопку отбоя, я тут же набрал номер Зинаиды Исаевны.

— Саша? — узнала она меня.

— Аптечка у нас есть?

— Конечно, а что случилось?

— Да я тут порезался сильно. Вы только не волнуйтесь, когда зайдете, но желательно увидеть вас тут с аптечкой как можно быстрее.

Железная женщина, надо признать. Вопросов лишних не задала, и ждать ее можно было с минуты на минуту. Я присел у стола и внимательно осмотрел его. Никаких следов вонзившегося лезвия на столешнице отыскать не удалось.

— Вот зараза! — мрачно произнес я.

Ощущение было отвратительным, словно кто-то прочистил извилины моего мозга ершиком для бутылок. Я настолько привык доверять увиденному и эта привычка впервые в жизни настолько меня подвела, что я находился на грани истерики. И тут зазвонил телефон. Не мобильник, а тот, что стоял на столе. Я схватил трубку и сказал: