— Он человек или наг? — уточнила Варлека без особого интереса.

— Человек, — змейка извернулась поудобнее. — Мы поз-знакомилис-сь с-с нимс-совс-сем недавно, но с-с-раз-зу подружилис-сь. Он даже прос-сил меня побытьс-с ним в мужс-ском с-салоне, но я отказ-залас-сь. Это же нез-законно.

— А зачем? — удивилась наивная Райса.

— Он хотел, чтобы во время полёта я с-сделала ему это… то, что вс-се людилюбят… — Оффь разочарованно свистнула: видимо, не знала слова. — Как этопо-английс-ски… blow up?

— Blow job, — поправила Райса.

Госпожа Бурлеска бросила на неё негодующий взгляд.

— Я поняла. Какая гадость…

— Но почему?! — Оффь широко раскрыла глаза и опустила уголки рта: Варлекапротив воли чуть было не рассмеялась, до того забавно выглядела мордочкаобиженной змейки. — Ведь вам же это очень нравитс-ся! Мы так с-стремимс-сядружить с-с людьми, делать им приятное… — уголки рта змеи обиженно опустилисьвниз.

Варлека вовремя вспомнила, что змеи изучают не только земные языки, но ичеловеческую мимику.

-Есть нравственность, — сказала Варлека, заранее зная, что толку не будет.

— Я з-знаю про нравс-ственнос-сть вс-сё, — вежливо сказала Оффь. — Моемуз-знакомому больше вос-семнадцати лет. И он не с-сос-стоит в официальныхотношениях с-с другим человеком или нагом. Всё з-законнно.

— Я тоже думаю, что в этом нет ничего плохого, — набравшись смелости, заявилаРайса.

Госпожа Бурлеска опустила голову. Она прекрасно понимала, что Райса сама непрочь даться ласковой змейке. Наги тоже получали удовольствие от таких игр,хотя и не сексуальное: им нравилось сжимать в объятиях мягкие и тёплыечеловеческие тела. Объяснялось это рудиментами охотничьих инстинктов — когда-топредки нагов в шссунхских пустынях вовсю охотились на мелких теплокровных,удушая их в своих кольцах. Как выяснилось после первых контактов с людьми, этотполузабытый инстинкт не уснул до конца. Особенно змеям нравился оральный секс —держать во рту или зарываться головой в живое, влажное и горячее. К тому женаги обожали свежий белок.