- Но без фактов...

- Кто же спорит с этим? Но если ты вглядишься в фантастику, то увидишь, что именно это - научное мировоззрение - и нужно было ей, именно это ее и оплодотворяло, определяло главные цели, направление интересов. И это же обозначило границы лагерей...

- Каких еще лагерей?

- В фантастике есть свои лагеря. Если хочешь - направления.

- Это ты о метафизике и диалектике?

- Нет, с метафизической фантастикой все относительно ясно. Извлекая из науки метафизический урок, фантаст - вольно или невольно - омертвляет движение, берет его застывший момент и тем самым сразу же нарушает пропорции мира, к исследованию которого приступает. Он разрушает свой метод.

- Даже Брэдбери?

- И Брэдбери, и Азимов, и Сциллард - они блестяще анализируют остановленное мгновение, но именно потому им нечего предсказать. Их миры безвыходны, замкнуты, это вечный, мучительный, как пытка, повтор одного и того же.

- Так. Значит, метафизика у тебя тождественна с пессимизмом в итоге?

- Ну, в конце концов весь американский фантастический апокалипсис растет из метафизического понимания истории и роли науки в ней. Но Брэдбери, Сциллард - те защищают в этом аду человека, они могут в вырванном из времени миге раскрыть страхи и сомнения человеческой души, хотя и не могут показать надежд, могут вызвать в нас сострадание и понимание. А другие - вся эта "черная сотня" из космических притонов, они ведь ничего не защищают, не открывают, за ними - пустота...

- Нет, ты все-таки продолжай.., а диалектика дает в итоге оптимизм?

- Исторический оптимизм.

- Опять красивости?

- Нет, я просто не знаю общепринятой терминологии. Короче, я за сложный оптимизм - против бездумного бодрячества.

- Вселенную шапками закидаем?!

- Дело даже не столько во вселенной, сколько в человеке, в отношении к нему. В признании его сложности, противоречивости, порой трагичности. В понимании того, что история не райские кущи, не прямая магистраль в царство разума и человечности. В ней есть тупики, закоулки, такие чудовищные повороты, на которых у человечества голова идет кругом. Бывает, что приходится отступать. Мы еще очень мало знаем о будущем, а стало быть - о прошлом, о самих себе.