– Фантастика? Я бы не распознал в вас любителя фантастики, мистер Келлер!

– Я уже давно перестал быть любителем. Просто раскопал тут у вас кое-что любопытное.

– Старое доброе чтиво! — изрек Зиглер. — Чистое золото! Разве не поразительно, что мы живем в фантастике своей юности?

– Что-то я этого не замечаю.

– В прежние времена наука была стерильной. От нее не приходилось ждать чудес. Подумаешь, безжизненная солнечная система, полдюжины пустынных планет — либо изжаренных, либо замороженных, какие-то газовые гиганты, ревущие океаны метана и аммиака…

Я вежливо кивнул.

– То ли дело теперь! — распалился Зиглер. — Жизнь на Марсе! Океаны под поверхностью Европы! Кометы, бомбардирующие Юпитер!

– Согласен.

– А у нас на Земле? Человеческий геном, клонированные животные, препараты, влияющие на сознание… Компьютерные сети, не говоря уж о компьютерных вирусах! — Он шлепнул себя по ляжке. — Вы не поверите, но мне вставили тефлоновое бедро!

– Поразительно, — промямлил я, хотя все это вызывало у меня мало восторга.

– В прежние времена, читая Хайнлайна, Саймака или Гамильтона, мы воображали, будто погружаемся в неведомое. А теперь мы очутились в этом неведомом самым настоящим образом! — Он улыбнулся, заодно ловя ртом воздух, и повторил: — Погружение в неведомое! Для этого нужно одно: время. Всего-то! Давайте я сложу книги в пакет.

Он не глядя сунул в бумажный пакет все пять штук. Я полез за кошельком, но он махнул рукой.

– Никаких денег! Это в память о Лоррен. Спасибо, что зашли. Возразить было нечего. Забирая пакет, я чувствовал себя воришкой.

– Надеюсь, вы посетите нас снова.

– С удовольствием.