В эту ночь Торн закричал во сне и разбудил Рину. Она крадучись выбралась из постели, подошла к комоду и открыла нижний ящик. Провела рукой по блестящим складкам лежащего там куска линдженийской материи, в который мать Дуви дала ей завернуться, пока сохла ее одежда. Взамен Рина отдала кружевную косынку. Ее пальцы нащупали в темноте выпуклый рисунок, она вспомнила, как красиво он выглядел на солнце. Потом солнце исчезло, и она увидела разрушенный черный корабль, погибающие в огне семейные корабли, увидела обугленных и скорченных пушистых существ: розовых, зеленых, желтых... Но затем она представила себе блестящий серебристый корабль, чернеющий и плавящийся, - чудовищное зрелище: капли расплавленного металла в космической пустоте. Она услышала рыдания осиротевшего Сплинтера так явственно, что поспешно задвинула ящик и пошла взглянуть на спокойно спящего сына. Когда она вернулась, Торн лежал на спине, раскинув руки. - Не спишь? - спросила Рина, присаживаясь на краешек постели. - Нет. - Его голос был напряжен как натянутая струна. - Мы зашли в тупик. Мы хотим мира, но, кажется, не можем им этого объяснить. Они чего-то хотят, но не говорят что. - Если бы они просто улетели... - Это единственное, что мы поняли, - горько заметил Торн. - К сожалению, они не улетят. Они остаются здесь, нравится нам это или нет. - Торн... - раздумчиво заговорила Рина. - Почему бы нам просто не принять их радушно? Почему мы не можем сказать: "Милости просим! " Они прилетели издалека. Разве мы не должны быть гостеприимными? - Гостеприимными! - Торн пулей выскочил из смятой постели. - Пойти в гости! Поговорить! - Голос его сорвался. - Ты бы хотела пойти к ним в гости с вдовами тех землян, которые отправились посетить дружественную планету Линджени? Чьи корабли были сбиты без предупреждения...